Блоги Экологическая безопасность

Коррупция в сфере российской экономики: криминалистические и криминологические аспекты

Экологическая безопасность \\ 15.07.2010 02:00

Л. Я. Драпкин , заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор кафедры криминалистики УрГЮА Я.

Л. Я. Драпкин , заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, профессор кафедры криминалистики УрГЮА

Я. М. Злоченко , кандидат юридических наук, доцент кафедры криминалистики УрГЮА

 

Современную коррупцию в России, так же как и во многих других государствах с рыночной или переходной экономикой, нельзя рассматривать как одноэлементный уголовно-правовой феномен, который можно было бы квалифицировать лишь какой-либо одной конкретной нормой уголовного закона. Коррупцию следует определить как сложное многоструктурное негативное социально-экономическое явление, в содержание которого входит целый комплекс однородных общественно опасных деяний.

 

Несмотря на более чем двадцатилетние научные исследования коррупции, эта комплексная проблема еще далека от завершения. Не было даже разработано однозначного определения, позволяющего учесть интегральный характер этого феномена. Одна из формулировок, хотя и весьма лаконичных, была предложена Девятым конгрессом ООН (Каир, 1995 г.), рассматривавшим коррупцию как «злоупотребление государственной властью для получения выгоды в личных целях» 1 . Более содержательное определение было разработано Междисциплинарной группой по коррупции Совета Европы, которая пришла к выводу, что исследуемое комплексное криминальное деяние – это не только взяточничество, но и «любое другое поведение лиц, которым поручено выполнение определенных обязанностей в государственном или частном секторе и которое ведет к нарушению обязанностей, возложенных на них по статусу государственного должностного лица, частного сотрудника, независимого агента или иного вида отношений, и имеет целью получение любых незаконных выгод для себя и других лиц» 2 . В этом определении несомненной новацией является принципиальное уравнивание должностных лиц государственных органов и сотрудников, выполняющих управленческие и иные обязанности в частном секторе, как возможных субъектов правонарушения. Развернутое определение коррупции содержится и в статье 2 Гражданско-правовой Конвенции о коррупции: «Коррупция означает требование, предложение, предоставление или принятие, прямо или опосредованно, взятки или любого другого недолжностного преимущества или возможность этого, которое приводит к нарушению надлежащего исполнения обязанностей или поведения, требуемых от лица, получившего взятку, недолжное преимущество или возможность этого»3.

 

Анализ приведенных выше дефиниций, а также правоприменительной практики, как российской, так и зарубежной, позволил определить коррупцию как злоупотребление должностным лицом государственной властью либо организационно-распорядительными или административно-хозяйственными функциями, а также руководителем или служащим коммерческой либо иной негосударственной организации своими управленческими полномочиями для получения или возможности получения любых незаконных выгод и преимуществ для себя или других лиц.

 

В содержание коррупции следует включить взяточничество; криминальный лоббизм; непотизм (покровительство на основе личных связей); незаконное участие в предпринимательской деятельности как лично, так и через близких или доверенных лиц (так называемое «чиновничье предпринимательство»); предоставление эксклюзивных прав, льгот и иных преимуществ в целях корыстного или иного использования; приобретение или отвлечение государственных средств и собственности для любой корпоративной группы; использование или манипулирование служебной информацией, в том числе и инсайдерской, в личных или групповых интересах, нарушающих закон (положение); прямые или косвенные взносы и их получение в период избирательных кампаний, а также и на иные политические цели; незаконное распределение кредитов и инвестиций; проведение приватизации путем неправомерных конкурсов, аукционов, фактического захвата пакетов акций; криминальные банкротства, осуществляемые с корыстной целью; полное или частичное освобождение от таможенных платежей и налогов; незаконное применение преференций для корпоративных групп и отдельных лиц, а также и некоторые другие подобные деяния.

В той или иной степени коррупция существует во всех странах, даже в таких благополучных в этом отношении, как Финляндия, Дания, Швеция, Норвегия и Исландия 4 . Однако для некоторых государств, в том числе и для России, уровень коррупции представляет серьезную угрозу ее национальной безопасности. Коррупция в Российской Федерации приобрела тотальный и системный характер. Российские бюрократы всегда имели устойчивую репутацию взяточников. Для подтверждения этого тезиса можно привести множество примеров, связанных с интенсивной коррупционной деятельностью Александра Меншикова в период царствования Петра I, многочисленные взятки, сопровождающие строительство Транссибирской магистрали, полнейшая коррумпированность императорского окружения, в котором главным «кукловодом» был Григорий Распутин.

Было бы ошибкой считать, что в период правления И. Сталина не было коррупции. Она просто приняла меньшие масштабы и иные формы. Продолжалось так называемое бытовое взяточничество, мелкие поборы со стороны чиновничества низшего уровня. Но крупное чиновничество, в основном партийно-советский аппарат, «компенсировало» вынужденный отказ от взяточничества многочисленными привилегиями и льготами. Кроме того, их коррупционные устремления сдерживали тотальный страх и постоянные «чистки» политической и экономической элиты страны. Однако в периоды руководства Хрущева и Брежнева, в связи с изменением обстановки в стране, подобной компенсации для бюрократической элиты было уже недостаточно, а поэтому масштабы взяток и непотизма значительно расширились. «Цинизм, разврат, пьянки, дачи, привилегии, многомиллионные приписки и махинации – все это было атрибутами семидесятых. В национальных республиках коррупция захватила все: и милицию, и партаппарат, и правосудие» 5 .

Однако в постсоветской России коррупция впервые приобрела тотальные и системные параметры, фактически став обязательным инструментом решения многих вопросов и вопросиков во всех слоях (стратах) общества. Структура этого коррупционного процесса характеризуется несколькими этапами.

Распад СССР и приход к власти Ельцина – это начальный этап становления современной коррупции, когда перекрасившаяся чиновничья элита нагло и цинично обогащалась за счет государственной и общественной собственности. Второй этап – это период ваучерной приватизации, когда с помощью коррупции создавались колоссальные состояния, криминальный характер которых не могли скрыть наспех принятые правовые нормы. Середина 90-х годов прошлого века – это уже третий этап стремительного роста российской коррупции, когда с ее помощью на липовых аукционах захватывались базовые заводы, комбинаты и другие крупнейшие предприятия, составляющие основу и гордость российской экономики.

На всех этих этапах именно коррупция становилась главным и безотказным инструментом криминального захвата государственной собственности. В результате залоговых аукционов, проведенных с грубейшими нарушениями законодательства, многие олигархи приобрели дорогостоящие приватизированные объекты фактически даром и мгновенно превратились в супермиллиардеров.

В 1997 г. проверка Счетной палаты Госдумы установила, что в ходе залоговых аукционов государство потеряло несколько миллиардов долларов. Так, при приватизации предприятий «Сибнефтью» государству был нанесен ущерб в 2,7 млрд. долларов, а аналогичный приватизационный договор с Тюменской нефтяной компанией привел к потере около полумиллиарда долларов. Не менее 140 млн. долларов наша страна потеряла и в процессе приобретения концерном «Интеррос» уникального предприятия «Норильский никель». Материалы об этих и многих других фактах незаконной приватизации с очевидными признаками коррупции были переданы в Генеральную прокуратуру РФ. Всего в течение 1995–2000 гг. Генпрокуратура получила 62 подобных материала. По 32 из них были возбуждены уголовные дела, однако в отношении обвиняемых уголовное преследование было прекращено вследствие акта амнистии, а в отношении подсудимых был вынесен хотя и обвинительный приговор, но в связи с изданием акта об амнистии их полностью освободили от наказания 6 .

В частности, Московская городская прокуратура, расследовавшая уголовное дело в отношении бывшего главы Госкомимущества А. Коха, о его роли в крайне подозрительной приватизации «Норильского никеля», прекратила уголовное преследование вследствие акта об амнистии. Более того, несмотря на требование Генпрокуратуры возместить государству ущерб в размере 140 млн. долларов, причиненный этой незаконной сделкой, глава «Интерроса» В.Потанин ответил категорическим отказом. Странно, но Генпрокуратура вынуждена была отступить 7 .

Следует подчеркнуть, что у истоков многих финансовых афер с явной коррупционной «окраской» стоят западные экономисты, приглашенные еще в конце 1991 г. Е. Гайдаром для консультаций и советов. Известные экономисты Д. Сакс (США) и А. Аслунд (Швеция) в течение нескольких лет были официальными советниками президента Б. Ельцина по экономическим вопросам. Их весьма дорогостоящие советы были просты и академичны, но совершенно не учитывали сложнейшую ситуацию падающей в пропасть постсоветской экономики и, по существу, сводились к следующим классическим «рецептам»:

 

1. Стремительная приватизация государственной собственности; 2. Одномоментное создание рынка спроса и предложения; 3. Отпуск (либерализация) цен на все товары, в том числе и на продукты народного потребления, и свободное регулирование цен путем рыночных механизмов; 4. Создание стабильной валюты и ее долларизация, т. е. полная привязка к доллару США.

 

В результате реализации этих рекомендаций, дополненных новациями доморощенных экономистов, в России, как любил говорить М. Горбачев, – «процесс пошел». Однако развивался этот процесс совсем неоднозначно: либерализация цен (шоковая терапия), осуществляемая в условиях отсутствия свободной конкуренции и господства монополий, привела, с одной стороны, к экспроприации денежных средств у населения и приобретению за бесценок наиболее лакомых «кусочков» государственной собственности, а с другой – к стремительному обогащению бывшей и действующей номенклатуры, хозяйственной элиты и высшего криминалитета. В течение нескольких лет патронируемый западными специалистами процесс ваучерной и аукционной растащиловки набирал стремительный темп. Обнаглевшие коррупционеры, чувствуя свою безнаказанность, потеряли элементарную осторожность, и в августе 1997 г. во время залогового аукциона «Связь-Инвеста» разразился крупнейший скандал с самыми серьезными последствиями, который поставил процесс приватизации, так же как и многие аспекты экономических реформ, под серьезное сомнение на Западе и в России.

 

На стремительный количественный рост и качественную структуризацию коррупции в России значительное влияние оказала финансово-кредитная политика Международного валютного фонда (МВФ). Содержание и практические выводы этой политики в условиях экономической стагнации и политической нестабильности неизбежно усиливали коррупционные процессы. МВФ фактически диктовал правительству РФ немедленно перейти на валюту, не подверженную инфляции (важнейший макроэкономический показатель рыночной экономики), и создать рынок ценных бумаг (обязательный институт рыночного типа). В ожидании финансовых вливаний в экономику эти требования МВФ были выполнены. Но какими способами и средствами? Давно известно, что эффективное решение сложных экономических проблем элементарными методами чаще всего не приводит к планируемым результатам. В качестве примеров таких неудачных попыток можно привести сталинскую коллективизацию в деревне в 30-е годы прошлого века, хрущевские реформы в сельском хозяйстве и промышленности. И наоборот, хорошо продуманный и прогнозируемый подход, иногда достаточно сложный и многоэтапный, позволяет найти ключ к решению труднейших проблем экономики. Примерами этого могут служить экономические реформы Ф. Рузвельта в США и Л. Эрхарда в послевоенной ФРГ, позволившие вывести эти страны из кризиса.

 

Для безоговорочного выполнения диктата МВФ и создания стабильной российской валюты правительство В. Черномырдина решило пойти по самому простому пути – резко сократить денежную эмиссию в стране, с тем чтобы инфляция сама по себе прекратилась(?!). Но в результате сокращения эмиссии существенно уменьшался объем денежного обращения, возникли значительные перебои с выплатой зарплаты, пенсий и пособий населению, а экономика, не получая достаточного финансирования, вынуждена была переходить на бартерную систему взаиморасчетов. Тем самым основные налогоплательщики все больше уходили в тень, не платили налоги, а наличные средства стремительно возрастали в цене. Так называемый «откат», т.е. элементарная взятка, достигала при получении «нала» (наличных денег) из некоторых банков и иных кредитных учреждений до 20–30 %. А реальное производство в России быстро падало, образовавшийся дефицит с лихвой восполнялся за счет экспортных поставок. А за экспорт надо было платить наличными, и без всяких задержек. В бюджете страны появились «черные дыры», которые все время расширялись. В 1995 г. Минфин РФ не смог финансировать текущие расходы министерств и регионов. «Финансовые гении» правительства В. Черномырдина быстренько нашли простое решение – привлечь к финансированию текущих расходов крупнейшие коммерческие банки, выделявшие кредиты под гарантии Минфина. Однако очень скоро банки перешли от денежного кредитования к вексельному, но самое главное состоит в том, что вместо текущих расходов стали финансировать инвестиционные и иные программы. На каком основании? Кто именно «перепрофилировал» решение правительства? В 1995–1997 гг. 46 крупнейших банков страны выдали 815 кредитов. Гарантии и поручительства подписывали министр финансов В. Г. Пансков и его заместители. По данным Счетной палаты, до 90% всех этих кредитов приходилось на долю «Сбербанка», «Менатепа» «ОНЕКСИМ-банка», «Альфа-банка» и Московского национального банка. Из 67 триллионов (неденоминированных) рублей, выделенных из федерального бюджета для банковского кредитования, до бюджетополучателей не дошли 36 триллионов рублей (6,5 миллиарда долларов, по курсу апреля 1997 г.), которые прочно осели в коммерческих банках 8 . Обвинение в коррупции ответственных минфиновцев буквально витало в прокурорских кабинетах. Однако из высокопоставленных чиновников «пострадал» лишь замминистра финансов В. Петров. Он был привлечен к уголовной ответственности за получение крупной взятки от весьма проблемного банка «Эскадо», которому, несмотря на жалкие активы, поручили заниматься кредитованием Ростовской и Волгоградской областей, а также всех структур Минкультуры РФ. Итог известен и вполне ожидаем – государству причинен ущерб на многие десятки миллионов долларов. Отсидев несколько месяцев в «Матросской тишине», В. Петров вышел на свободу, а старший следователь по особо важным делам Генпрокуратуры С. П. Гребенщиков вынужден был уйти в отставку 9 .

 

Еще более крупное уголовное дело возбудили в отношении руководителей нефтяного гиганта «ЮКОС». По материалам предварительной проверки снова появилась фигура замминистра финансов В. Петрова. По данным ФСБ РФ 21 марта 1997 г. в Минфине были сразу подписаны почти 300 приказов о взаимозачетах между федеральным бюджетом и банком «Менатеп» (глава банка и президент «ЮКОСа» М. Ходорковский). Следователи Генпрокуратуры убеждены, что сделки по взаимозачетам, крайне выгодные для банка и весьма ущербные для государства, осуществлялись совсем небескорыстно 10 .

 

В 1999 г. ревизия, проведенная специалистами Счетной палаты, установила, что почти 77% взаимозачетов между коммерческими банками и федеральным бюджетом были проведены при отсутствии необходимых документов. Лишь по 50 соглашениям о взаимозачетах было выявлено нецелевое использование 4,8 триллиона (неденоминированных) рублей. При этом чаще всего участниками этих взаимозачетов были крупнейшие нефтяные компании. Встал вопрос о расширении и углублении ревизионных проверок. Однако, несмотря на поручение Генпрокурора, Минфин РФ так и не провел ревизию взаимозачетов, осуществленных с участием ОАО «ЮКОС» и его дочерних структур, а контролеры Счетной палаты вообще не были допущены к банковским и бухгалтерским документам «ЮКОСа». Никто из чиновников Минфина не был привлечен к ответственности за многомиллиардные потери федерального бюджета. Лишь Главная военная прокуратура попыталась предъявить обвинение заместителю министра финансов А. П. Вавилову в злоупотреблении служебным положением при проведении двух взаимозачетов, в результате которых Минобороны недополучило стройматериалов на 327 млн. долларов 11 .

 

Не стали предметом расследования Генпрокуратуры РФ и операции с долгами и активами бывшего СССР. Чем обосновывалась реструктуризация ряда задолженностей развивающихся и иных стран перед СССР в сторону их уменьшения, не смогли выяснить даже контролеры Счетной палаты. Сколько государство потеряло на этих тихих операциях, пока никто не подсчитывал. Но думается, потери весьма значительны, ведь только по одному межправительственному соглашению долг Анголы в 5 миллиардов долларов был уменьшен до 1,5 миллиарда.

 

В середине 1990-х годов, когда бюджетной валютой распоряжался Андрей Вавилов, среди западных кредиторов, которым задолжали советские внешнеэкономические объединения, начался переполох. Кто-то из российских чиновников целенаправленно информировал их о том, что Россия по коммерческим долгам расплачиваться не намерена. После этого кредиторов, мечтавших получить за свои требования хоть «шерсти клок», стали настойчиво посещать «купцы» – представители банков «Империал», «Альфа-банк», «Менатеп», «СБС-Агро» – и покупали долговые требования за 30–40 процентов от их номинальной стоимости, а после дефолта 1998 года и вовсе за 20 процентов. Когда экономическая обстановка немного стабилизировалась, банки начали продавать дешево купленные долговые обязательства за полную или почти полную цену российскому правительству, зарабатывая хорошие деньги на разнице цен и причиняя тем самым огромный ущерб государству. Что купить и что продать, по какой цене, банкам указывали коррумпированные чиновники Минфина, устанавливавшие очередность выплат по внешним долгам 12 .

 

В 2000 г. контролеры Счетной палаты при изучении документов Министерства торговли, Внешэкономбанка, Минфина и проекта бюджета за 2001 год обнаружили поразительные несоответствия. По документам Минторга РФ коммерческая задолженность составляла 2,1 миллиарда долларов, к взысканию кредиторами были представлены документы только на 1,1 миллиарда. По документам Внешэкономбанка та же задолженность была равна 1,7 миллиарда долларов. В минфиновской таблице «Структура государственного внешнего долга по состоянию на 01.01.2000 г.» были прописаны коммерческие долги в 6,6 миллиарда долларов, а в проекте федерального бюджета – в 9,3 миллиарда. Кто же повесил на страну огромный дополнительный долг?

 

Если бы Генпрокуратура заинтересовалась этой явно коррупционной историей, то российские спецслужбы «поделились» бы с ней оперативной информацией о том, как и с какой целью наши коммерческие банки скупали у западных кредиторов долговые требования «про запас». Банки не только скупали требования, но и с помощью умельцев «рисовали» новые долговые обязательства. Было установлено, что при ликвидации внешнеторговых объединений их руководители не сдали в архив документы, печати и бланки своих организаций. Поэтому нарисовать можно было любой «должок». А потом при помощи верных людей из Минфина получить взамен этих фантиков либо деньги, либо еврооблигации России 13 .

 

Комиссия по борьбе с коррупцией Госдумы РФ просила Генпрокуратуру рассмотреть вопрос об объединении в одном производстве всех имеющихся материалов в отношении коррупционных деяний бывшего первого заместителя Министра финансов А. П. Вавилова. По подсчетам депутатов, только на двух взаимозачетах с Белоруссией и Украиной за поставленный Россией газ ущерб государству составил один миллиард долларов14.

 

Генпрокуратура не нашла оснований для объединения материалов. А когда А. Вавилов сел в сенаторское кресло, объяснила комиссии, что его нельзя привлечь к ответственности, поскольку он – член Совета Федерации. Заместитель председателя Комиссии по борьбе с коррупцией Госдумы А. Куликов объяснил эту ситуацию: «Там, где дело касалось чиновников средней руки… мы достаточно быстро добивались результатов от Генпрокуратуры… Но когда дело касалось федеральных министров и их заместителей… чтобы добиться результата, нужен не один год». И привел в пример дело бывшего министра МПС Аксененко 15 .

 

В архиве комиссии по борьбе с коррупцией Госдумы РФ с 1999 г. лежат документы – немые свидетельства беспрецедентной наживы чиновников и тогдашних руководителей страны на дефолте августа 1998 г. Сначала до сути пыталась добраться Временная комиссия Совета Федерации. Через год пришел отчитаться заместитель Генпрокурора В. Колмогоров. От него сенаторы узнали лишь, что следствие установило 170 (!) чиновников Центробанка и Минфина, которые использовали конфиденциальную инсайдерскую информацию своих ведомств для обогащения. Назвать конкретные фамилии и суммы Колмогоров отказался, но пообещал, что к лету 2001 г. расследование будет завершено. Но уже наступает зима 2003-го, а Генпрокуратура РФ так и не назвала ни виновников дефолта, ни коррумпированных чиновников, на нем нажившихся 16 .

 

Далеко не все благополучно и в российском судебном ведомстве. 21 мая 2003 г. на совещании Председателей советов Судей председатель Верховного суда В. Лебедев с горечью заявил: «Я обращаюсь к вам: создайте обстановку нетерпимости к поступкам, позорящим честь и достоинство судьи. Каждый такой эпизод вызывает резкое негодование в обществе» 17 . В. Лебедева дополнил Председатель совета судей РФ Ю. Сидоренко, который заявил: «Есть среди нас господа, которые, пользуясь гарантиями независимости, наносят прямой ущерб и гражданам, и судебной системе в целом. Огласка таких фактов приводит к тому, что начинают задумываться и наши союзники, выступающие против ограничения судейской независимости. Это может закончиться контрреформой – в истории России уже был такой опыт» 18 .

 

Коррумпированность судей при рассмотрении исков акционеров к акционерным обществам, а в особенности при принятии так называемых мер по обеспечению исков (запрета на проведения собраний АО и других), стала уже притчей во языцех. Законодатели были вынуждены передать эти дела в ведение арбитражной системы. Однако несмотря на то, что с августа 2002 г. райсуды уже не имеют права рассматривать такие иски, некоторые судьи до сих пор принимают их к производству и своими решениями парализуют работу юридических лиц-ответчиков. Эти дела даже не медом, а «еще чем-то намазаны», заметил Председатель Верховного Суда РФ. В свою очередь, в Генпрокуратуре сообщили, что тот же Верховный Суд РФ выносит коррумпированным судьям мягкие приговоры. Например, судье Красносулинского горсуда Ростовской области Любови Кравцовой за получение взятки в 850 долларов дали пять лет условно, а судья Виктор Романов (Волгоград) был приговорен за получение взятки к трем годам и сразу же амнистирован.

 

Разумеется, коррупция – это не только угроза для экономики России и ее национальной безопасности, но и для внешне благополучной Европы. Высшие чины Еврокомиссии обвиняются в коррупции в связи с разразившимся в Брюсселе скандалом вокруг Европейского комитета по статистике. Гендиректор «Евростата» Ив Франте и его заместители – Даниэль Бюк и Фотиус Нанопулос – обвиняются в коррупции и хищении около 8 млн. евро из казны ЕС.

 

Еврокомиссия (ЕК) объявила о начале внутреннего расследования, касающегося деятельности Франте, Бюка и Нанопулоса, и перевела на менее ответственные посты ряд других сотрудников «Евростата». Все они обвиняются в заключении фиктивных контрактов с различными оффшорными компаниями. По мнению аудиторов, полученные взятки чиновники «Евростата» переводили на секретные счета в Люксембурге. Коррупционный скандал может ударить и по другим высшим чинам ЕК, в частности, ее председателю Романо Проди 19 . По показаниям экс-председателя счетной палаты ЕС В. Фридмана, Италия в 90-е годы (когда итальянским премьером был Р. Проди) перевела авансы ЕС в итальянский бюджет, а «Евростат» эти деньги признал собственными средствами Италии. В сходной ситуации «Евростат» уже оказывался в 1999 г., когда вся ЕК под руководством Жака Сантера, обвиненная в коррупции, ушла в отставку. Занявший сразу после этого пост председателя ЕК Романо Проди заявил, что не допустит коррупции. И вот выяснилось, что своего обещания он не сдержал. Сотрудников «Евростата» обвиняют в том, что они продавали статистические данные (опять инсайдерская информация), скрывали реальные размеры доходов, чтобы уменьшить их перечисление вказну ЕС. Кроме того, Ив Франте, Даниэль Бюк и Фотиус Нанопулос заключили более 400 контрактов стоимостью несколько миллионов евро с исследовательскими фирмами Eurоcost и Eurogramme и консалтинговым предприятием Planistat, с которыми они были лично связаны в прошлом. Следователи подозревают, что многие контракты были фиктивными, а «Евростат» платил по ним завышенные коррупционные гонорары 20 .

 

Исследование отечественной коррупции и отдельных интересующих авторов статьи аспектов коррупции зарубежной позволило выявить не только ее основные причины, общие для всех стран с переходной экономикой, но и некоторые специфические, чисто российские факторы. К общим причинам коррупции можно отнести следующие:

 

– отсутствие системы антикоррупционных законов и подзаконных актов, оптимально соответствующей конкретной ситуации; существенные ошибки в проведении социально-экономических реформ; слабость и нерешительность государственной власти; кадровая, техническая и оперативно-тактическая неподготовленность правоохранительных органов к активному противодействию организованной преступности, в том числе и коррумпированным структурам всех уровней; криминализация значительной части экономической и политической элиты; нравственная опустошенность определенных слоев общества, связанная с изменением социально-политических ориентиров и ценностей; минимальный риск разоблачения коррупционеров и отсутствие по отношению к ним адекватной уголовной ответственности и наказания; огромные возможности и недопустимые привилегии по распоряжению собственностью и услугами, которые находятся в руках бюрократов.

К специфическим чертам российской коррупции следуют отнести:

 

– стремительное создание первоначальных капиталов явно криминальной направленности; интенсивное и быстрое формирование общественно вредной в российских условиях социальной прослойки олигархов; стремительный количественный рост чиновничества как кадровой базы коррупции; воздействие широко разветвленной теневой экономики и огромных теневых капиталов, которые составляют основной источник финансирования коррупционеров; устойчивая толерантность населения к коррупции, особенно на ее низшем (бытовом) уровне. Когда общество становится снисходительным к коррупции и коррупционерам, то уровень коррупции резко повышается; огромный разрыв между доходами самых богатых и самых бедных слоев общества (дефицитный коэффициент в России один из самых высоких в мире); всевластие чиновничества, несвойственное ни одному демократическому государству; исключительная монополия бюрократии на чрезмерно большой объем функциональных возможностей; широкий и беспрепятственный кадровый обмен между властными и коммерческими структурами.

 

Общие и специфические черты российской коррупции позволяют выявить суть исследуемого негативного явления. Как это ни прискорбно, но коррупция – это стабильная, многовековая и естественная характеристика бюрократически организованного общества. Поэтому одними лишь методами уголовной репрессии, повышением эффективности деятельности правоохранительных органов, несмотря на важность и необходимость этих факторов, не обойтись. С системной коррупцией следует бороться еще более эффективной системой хорошо сбалансированных социально-экономических, криминалистических, оперативно-розыскных, морально-этических, иных мероприятий. Для этого необходимо сформировать антикоррупционное правосознание и культуру, с тем чтобы изменить поведение людей, сделать его нетерпимым по отношению к коррупции и коррупционерам. Одновременно следует решать и вторую задачу – количественное сокращение и повышение компетентности российского чиновничьего корпуса, а также сокращение его разросшихся функциональных возможностей 21 .

Проведенный анализ российской коррупции позволяет сформулировать некоторые выводы. Несмотря на различные позиции по проблеме генезиса коррупции, отчетливо видны породившие и стабильно ее поддерживающие факторы.

 

Во-первых, экономический фактор, связанный, прежде всего, с преступной приватизацией, незаконными залоговыми аукционами, тендерами, криминальными банкротствами, лжеэкспортом и другими способами захвата чужой собственности. Коррупция – это лишь одно из проявлений беспощадной схватки за куски государственного «пирога». Иные формы и способы криминальных раздела и переделов собственности – это и «заказные» убийства, и шантаж, и рэкет, и похищение людей, и другие методы преступной конкуренции. Огромные российские теневые капиталы в два, а иногда и в три раза превышают аналогичные показатели в экономически развитых странах Европы. Так что есть на что подкупать коррумпированное чиновничество всех уровней.

 

Во-вторых, нельзя не назвать и политический фактор. Приход к власти новых, а также основательно перекрасившихся в демократические и ура-патриотические цвета различных политических сил, показал их полную неподготовленность к эффективному выполнению, в существенно изменившихся условиях, управленческих функций. Лидеры новой России оказались не в состоянии превратить широчайший народный энтузиазм августа 1991 г. в постоянную политическую поддержку в виде хорошо организованных партийно-политических структур. Политическая власть в России всегда опиралась на различные социальные группы. При первых киевских князьях это варяжские дружинники, при Иване Грозном – опричники, в допетровской Руси – бояре и стрельцы, а при Петре I «новое дворянство». В СССР власть опиралась на партийно-советскую номенклатуру и многочисленные спецслужбы. На кого же могла опереться высшая политическая власть страны в последнее десятилетие XX века? В условиях политического вакуума и экономической стагнации власть выбрала способ отстраивания политических структур по кланово-олигархическому принципу. Становление и укрепление клановой («семейной») власти потребовало значительной финансовой подпитки, которая щедро поступала от новых мультимиллионеров.

 

В-третьих, несовершенство действующего законодательства в сфере экономики, начиная с Закона «О кооперации», включившего «зеленый свет» возникновению теневых капиталов. Разработчики законопроектов не просчитывают криминальные последствия этих документов. В качестве примеров такой ошибочной законотворческой деятельности можно привести законы «О возврате НДС за экспортную продукцию» и о построении государственной финансовой пирамиды – ГКО (государственные казначейские обязательства), которая во время августовского дефолта 1998 г. привела к обогащению российских коррупционеров от политики и бизнеса зарубежных финансовых спекулянтов.

И наконец, четвертый фактор, который связан с коррумпированностью значительной части сотрудников правоохранительных органов, снижением уровня профессионализма следователей и оперативных работников, с одновременным повышением преступной квалификации высшего криминалитета, их многочисленных помощников и советников. Следует отметить, что в крупных международных преступных сообществах, кроме криминальной разведки и контрразведки, имеется наиболее законспирированное подразделение по вербовке коррумпированных чиновников из госаппарата и правоохранительных органов.

 

Результаты проведенного анализа дают возможность создать вербально-знаковую модель (своеобразную формулу) уровня коррупционной деятельности:

 

Уровень коррупции равняется бюрократической монополии (совокупность всех возможностей чиновников + свобода действий (бесконтрольность, безотчетность, невмешательство или содействие со стороны руководства) + минимизация риска совершения коррупционных действий (повышенная латентность коррупции, заинтересованность в сокрытии коррупционных актов всех сторон и участников, крайняя редкость разоблачений, исключительная либеральность судебных органов, поддержка высокопоставленных покровителей) + лояльность или же безразличие к фактам коррупции и коррупционерам со стороны значительных слоев общества – сокращение бюрократических возможностей, сведение их к рациональному минимуму – усиление контроля за действиями чиновников – максимизация риска разоблачения и справедливое наказание коррупционеров – нетерпимое отношение общества к фактам коррупции и коррупционерам).

 

Модель (формулу) можно кратко описать в знаковом варианте по первым буквам негативных и позитивных факторов в приведенном выше вербальном варианте:

УК = БМ + СД + Мин Р + ЛОО – СБВ – УК – Макс Р – НОО

(УК – уровень коррупции; БМ – бюрократическая монополия; СД – свобода действий; Мин Р – минимизация риска; ЛОО – лояльное отношение общества; СБВ – сокращение бюрократических возможностей; УК – усиление контроля; Макс Р – максимизация риска; НОО – нетерпимое отношение общества).

Вывод может быть только один – существенное снижение негативных факторов и одновременное значительное усиление факторов положительных позволит ликвидировать тотальный и системный характер коррупции, не только приостановить, но и снизить ее количественные показатели.

 

В заключение хочется подчеркнуть, что Россия должна стать государством миллионов и миллионов собственников, а не олигархов и коррупционеров. Так во всяком случае обстоят дела в высокоразвитых демократических странах. В Швеции, например, уже около полувека эффективно действует экономическая модель «шведского социализма», а ведь в этой стране государству принадлежит лишь 6 % собственности. Рядовые граждане Швеции «врастают» в собственность. В начале 50-х годов прошлого столетия крупнейший экономист Европы Людвиг Эрхард, поднявший из руин экономику ФРГ, сформулировал свою знаменитую установку: «Собственность для всех». Эта установка развязала экономическую инициативу населения ФРГ, резко повысила производительность труда, значительно снизила уровень коррупции. Все это стало возможным, поскольку власть, контролируемая собственниками, начинает работать в интересах большей части населения страны, в интересах мелких и средних собственников, а не только обслуживая магнатов и олигархов. Но осуществление политико-экономической модели «собственность для всех» и одновременная эффективная реализация перечисленных выше позитивных факторов означает поражение коррумпированного бюрократического аппарата и подкупающих их магнатов и олигархов.

 

1. Девятый конгресс ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями // Справочный документ о международной борьбе с коррупцией. А/CONF.769/14 13 АDD.

2. Ст.7,9 Конвенции организованных объединенных наций против транснациональной организованной преступности. Резолюция 55/25. Палермо (Италия). 15 ноября 2000 г.

3. Cavil Law Convention on Corruption (ETS № 174).

4. См.: Индекс восприятия коррупции 2000 // «рганизованная преступность и коррупция. Изд-во: Санкт-Петербургский центр по изучению организованной преступности и коррупции. 2000. № 4. С.80–81.

5. Бровкин В. Н. Коррупция в России: современное состояние // Организованная преступность и коррупция. Центр по изучению организованной преступности и коррупции при американском университете. 2000. № 1. С.14.

6. Кальман А. Г. Проблемы противодействия коррупции в сфере экономической деятельности // Организованная преступность и коррупция. Изд-во: Московский исследовательский центр по проблемам организованной преступности и коррупции. 2002. № 46. С.7.

7. Ветошкина М. М. Фондовый рынок как сфера деятельности организованных преступных групп // Организованная преступность и коррупция. Изд-во: Екатеринбургский центр по изучению коррупции и организованной преступности. 2002. № 1. С.28.

8. Арройо Гранде. Инвестиции нелегальных денежных средств. Коррупция. США, Калифорния, 2002. С.226.

9. Злоченко Я. М., Драпкин Л. Я. Криминализация российской экономики и проблемы инвестиций // Организованная преступность и коррупция. Изд-во: Московский исследовательский центр по проблемам организованной преступности и коррупции. 2002. № 1. С.24.

10. Злоченко Я. М., Драпкин Л. Я. Теневая экономика России: понятия, структура, основные направления противодействия // Организованная преступность и коррупция. Изд-во: Санкт-Петербургский центр по изучению организованной преступности и коррупции. 2002. № 2. С.17.

11. Лунеев В. В., Драпкин Л. Я., Злоченко Я. М. Особенности расследования легализации (отмывания) преступных доходов: Монография «Экономическая преступность в России и Украине, США». Вашингтон. Изд-во американского университета. 2002. С.31.

12. Драпкин Л. Я., Злоченко Я. М. Российская коррупция: системный подход к исследованию проблемы // Организованная преступность и коррупция. Изд-во: Московский исследовательский центр по проблемам организованной преступности и коррупции. 2002. № 4. С.32.

13. Драпкин Л. Я., Злоченко Я. М. Особенности раскрытия и расследования корыстных посягательств в сфере вексельного обращения // Криминалистический вестник. Москва. 2002. № 3. С.11.

14. Драпкин Л. Я., Злоченко Я. М. Международное сотрудничество – основа противодействия легализации преступных доходов // Российский юридический журнал. 2001. № 2. С.51.

15. Драпкин Л. Я., Злоченко Я. М. Преступная легализация криминальных доходов – основные способы // Юридические исследования. Изд-во: Уральская академия государственной службы. 2002. № 1. С.15.

16. Драпкин Л. Я., Злоченко Я. М. Легализация (отмывание) преступных доходов – базовое направление деятельности транснациональной организованной преступности: Сб. «Актуальные проблемы раскрытия и расследования преступлений». Изд-во: Сибирский юридический институт МВД РФ. Красноярск. 2002. С.58.

17. Российская юстиция. 2003. № 8. С.3.

18. Российская юстиция. 2003. № 8. С.4.

19. Материалы уголовного дела Люксембургской прокуратуры. Брюссель, 15 октября 2002 г.

20. Лукин В. К. Организованная преступность в экономике как угроза национальной безопасности России // Организованная преступность и коррупция. Изд-во: Московский исследовательский центр по проблемам организованной преступности и коррупции. 2002. № 4. С.34.

21. Мамкин А. Н. Экономика – криминалистические средства диагностики преступлений в сфере экономической деятельности // Материалы международной конференции «Экономика и преступность». Нижегородская академия МВД России. 14 марта 2001. С.62.

Журналы

РУБЕЖ

РУБЕЖ

"RUБЕЖ" - это первый в России отраслевой lifestyle-журнал по теме безопасности. Он адресован, прежде всего, интеграторам, поставщикам оборудования, должностным лицам и сотрудникам специализированных служб.

Безопасность зданий и сооружений

Безопасность зданий и сооружений

Журнал-каталог для руководителей и специлистов градосторительного комплекса, ЖКХ, инвесторов, девелоперов, владельцев крупных имущественных комплексов.

Безопасность объектов топливно-энергетического комплекса

Безопасность объектов топливно-энергетического комплекса

Отраслевой специализированный журнал "Безопасность объектов ТЭК"

Интервью

Алексей Майоров (Правительство Москвы) ТБ Форум - одна из главной площадок страны, где специалисты могут обменяться мнениями и опытом

Алексей Майоров (Правительство Москвы) ТБ Форум - одна из главной площадок страны, где специалисты могут обменяться мнениями и опытом \\ 03.02.2016

9 февраля 2016 года в рамках ТБ Форума при поддержке Комитета Совета Федерации РФ по обороне и безопасности, Комиссии Мосгордумы по безопасности и Правительства Москвы пройдет конференция "Безопасный город: нормативно-правовые и технологические аспекты". В преддверии этого мероприятия на вопросы ТБ Форума ответил модератор конференции Алексей Майоров, руководитель Департамента региональной безопасности и противодействия коррупции города Москвы.

Выставка MIPS/Securika 2016: переезд в Экспоцентр, новые даты проведения, ребрендинг – все перемены к лучшему!

Выставка MIPS/Securika 2016: переезд в Экспоцентр, новые даты проведения, ребрендинг – все перемены к лучшему! \\ 21.01.2016

С 14 по 17 марта 2016 года в ЦВК «Экспоцентр» на Красной Пресне состоится ежегодное знаковое событие в сфере безопасности – 22-я международная выставка MIPS/Securika. О переменах, произошедших на выставке за последние 2 года, мы поговорим с директором MIPS/Securika Натальей Виноградовой.

Интервью с Сергеем Гордеевым,региональным менеджером по продажам компании HID Global (Россия и СНГ)

Интервью с Сергеем Гордеевым,региональным менеджером по продажам компании HID Global (Россия и СНГ) \\ 08.06.2015

Мы поговорили с Сергеем Гордеевым о рынке систем контроля доступа, новых тенденциях и планах развития HID Global.

вверх